Глава 1. Регистрация на эвакуацию
Стояла дикая духота от многочисленной толпы людей в эвакуационном центре, ждущих своей очереди. Вдруг, в центр вбегает взбудораженный человек, это Джимми, он бежал из последних сил и успел за 15 секунд до официального начала конца света. Он споткнулся о собаку, лежащую в проходе между сидений, и врезался в автомат с бесплатной водой, которая закончилась ещё три года назад.
В зале ожидания по мимо духоты стоял запах страха, нагретого пластика и безумного отчаяния. На стенах читались лозунги:
«Пока ты не умер — мы можем тебе отказать!»
«Паника — твой враг, а очередь — больше чем друг.»
Перед ним стояла растерянная девушка, по имени Кэтти, она безуспешно пыталась доказать, что она существует.
— Я! Я же всё вам сдала! — всхлипывала она. — У меня есть выписка из психиатрической лечебницы, где черным по белому написано, что я могу видеть только то, чего нет! Разве это не доказательства?!
Робот-консультант с глюками от перегрева скупо пищал:
— Не-неполн-ный кооом-плееект-т пе... пе-че-ни. Оши-б-ка и-ден-ти-фика-ции.
— Печень у меня настоящая! — завопила Кэтти. — Просто не синхронизирована с блокчейном.
Инспектор в окошке был похож на моржа, который забыл, как выглядит сочувствие.
— Следующий! — монотонно, но звонко крикнул инспектор.
Джимми дрожащей рукой протянул документы. — Вот мой QR-код... Скан паспорта... Подтверждение, что я не смеялся с 2040 года...
Инспектор безучастно вздохнул.
— А ксерокопия ваша где?
— Чего!? — удивился Джимми.
— Без неё я не могу подтвердить вашу биосовместимость с туннелем для эвакуации.
— Чего за х... Какой ещё туннель?
— Туннель ведёт к безопасной зоне, правда через ад, но будет кондиционер!
Вдруг из колонок донёсся почти неразборчивый голос системы:
«Пропуск в бункер возможен только при наличии высшего образования или 10 тысяч лайков на видео с котёнком».
— У меня есть диплом!!! — закричал Джимми.
— А лайки есть?
— Нет, только дизлайки.
— Проходите налево. В отдел вторичной утилизации.
Кэтти стояла у стены, обнимала пустой термос и тихо истерично смеялась.
— Он плюнул в меня и крикнул «теперь ты знаешь мусор, Кэтти», и я поняла, что это любовь.
Джимми грустно смотрел в окно.
Там в огне и разрухе, кто-то играл на гитаре. Возможно, это был таракан. Или налоговый инспектор. Теперь это было одно и тоже, да и не имело смысла.
Он медленно повернулся к выходу.
— Где ближайший вулкан?
Робот вежливо мигнув своими лампочками сказал.
— Маршрут построен. Не забудьте оставить отзыв и удачи вам.
Глава 2. Отдел вторичной утилизации
Коридор, по которому вели Джимми и Кэтти, был покрыт ковролином цвета «пыльная безысходность». Стены были бардового цвета, на них висели плакаты с лозунгами:
«Всё лучше, чем оставаться собой»
«В переработке ты нужен государству»
Кэтти всё ещё крепко сжимала в руках пустой термос и шептала себе под нос:
— Если я закрою глаза, может, они не заметят, что я не существуют?
— Уже поздно! — звонко сказал терминал торчащий из стены, — ваше несуществование было зафиксировано при входе.
Когда Джимми и Кэтти прошли по коридору до конца, их встретил сотрудник отдела утилизации, мужчина с унылым лицом как из старого факса: смазанное, выцвело, но печатает.
— Добро пожаловать, — безэмоционально пробормотал он, — Вы приближаетесь к моменту, когда ваши останки станут важнее ваших поступков!
Перед ними на столе лежали бланки:
«Анкета на переработку в удобрение»
«Запрос на вознесение через вентиляцию»
«Заявление на отказ от дальнейшего участия в фарсе»
Кэтти взяла сразу все со словами.
— А где вариант: «Хочу кофе и понимания?».
— Это был бы бланк «404», — отрезал сотрудник, — Не найдено.
Вдруг позади завизжали шестерни — из стены выехал робот-контейнер, его глаза светились ярким красным светом, как у злого родителя после школьного собрания.
— Вы обязаны выбрать форму повторного участия в экономике. Ваш выбор: Пластик, Газ, Творческий менеджмент.
— А можно — ничего не выбирать? — робко спросил Джимми.
— Это премиум-опция. Доступна только подписчикам с тарифом «Безмолвие+». Стоит душу.
Джимми досадно вздохнул:
— Эх, я бы продал душу... но она под арестом после налогового аудита.
Тем временем Кэтти заполнила бланк «Вознесение через вентиляцию» и полезла в вентиляционный люк, но застряла на полпути.
Изнутри вентиляции раздался чей-то голос:
— Нас тут уже шестеро! Но если ты принесла термос — то влезай к нам!
На мгновение в помещении повисла пауза.
Где-то в углу кто-то нарушив тишину резко кашлянул долгами.
Сотрудник вдруг поднял глаза и спросил:
— Джимми... а вы умеете играть на губной гармошке?
— Немного...
— Отлично! Вам — в зону терапевтической музыки для психически больных офисных клерков. Там как раз сломался синтезатор — опять начал петь гимн мёртвой республики.
Джимми кивнул, устало посмотрел на Кэтти, торчащую ногами из люка, вздохнул, и пошел по направлению к двери с надписью:
«Музыка не спасает, но делает боль гармоничной».
Глава 3. Туннель через ад (но с кондиционером!)
На входе в туннель стояли два охранника в форме и с лицами, вырезанными будто из старого ксерокса.
На табличке над ними красовалась ярко-красная надпись:
«ВЫХОД ЕСТЬ, НО ТЕБЯ — НЕТ!»
Джимми остановился.
— Эм... это тот самый туннель с кондиционером?
— Нуууу дааааа..., — протянул медленно охранник с голосом дешёвого автоответчика на тридцать шестом часу смены, — технически, да. Но он работает только на «продувать левый глаз», и только раз в сутки.
Изнутри туннеля донёсся долгий, утомлённый стон.
Затем кто-то чихнул так звонко, что с потолка отсыпался искусственный гипс иллюзиями.
— Заходите, — сказал второй охранник, — но учтите: после второй секции начинается «фазовая моральная коррекция». Вам будут показывать ваши старые посты из соцсетей и комментировать их в слух.
— А если у меня там только мемы с жабами? — попытался, отшутиться Джимми.
— Тем вам хуже. Тогда фазовая коррекция включит живую жабу и зеркало.
Он шагнул вперёд.
Сразу стало душно и как-то... напряжённо.
В коридоре играла лёгкая инструментальная версия «тотального наблюдения» в мажоре.
На стенах — обои с лицами людей, которые не прошли туннель, некоторые моргали.
Слева от Джимми стоят автомат с надписью:
«Возьми купон на надежду. Он ничего не даёт, но держать его приятно».
Он взял.
Из соседнего бокса доносился тихий голос:
— Я — бывший министр. Теперь делаю звуки космоса языком. Слушай... пьююююуууу-пшшшшш...
—Простите, — спросил Джимми, — а где кондиционер?
— А-а-а... — послышалось из тени. — Это я!
Из угла вышел... человек-кондиционер.
В прямом смысле: лицо — из дешёвого пластика, грудная клетка — с жалюзи, на лбу — кнопка «режим: бриз».
— Я записался волонтёром, когда ещё верил в человечество. Теперь охлаждаю тех, кто сомневается. Смотри мне в глаза.
Они смотрели друг на друга.
Слеза прокатилась по щеке Джимми.
Кондиционер обнял его и прошептал:
— Всё будет... дудудуду... хорошо...
И тут раздался жужжащий звук и загорелась надпись:
«Выход. Только для тех, кто понял, что выхода нет.»
— Это такая шутка? — спросил Джимми.
— Это система. — ответила стена.
Глава 4. Сектор B — «Селфи, которое сдаёт душу»
В секторе B пахло чем-то тревожно знакомым — смесью дешёвого парфюма, напоминающего «тройной одеколон», стёртыми носками и испортившиеся надежды. Под потолком висели камеры, одна из них мигала красным — значит, кто-то пытался быть собой.
Джимми перешагнул через ковёр, который на самом деле был телом бывшего волонтёра. Надпись на полу гласила:
«Идентификация через искусство — докажи, что ты интересная личность, или пройди процедуру размывания».
На диване из переработанных блогеров сидела миловидная девушка с кожей цвета «цифровой прострации». Она держала в руках планшет и с тоской листала собственные фотографии лица, созданного в разных фильтрах.
— Вам к кому? — спросила она, не отрывая взгляда от планшета.
— Я... Я на эвакуацию. — неуверенно произнес Джимми и протянул свою пластиковую карту личности.
— А форма у вас есть?
— Какая мать вашу ещё форма? — оторопев произнес Джимми.
— Последняя. Та, где вы — это вы, но без стыда. Есть такая?
Джимми открыл рот, но из него вылетел только зевок наполненный одиночеством. Девушка вздохнула и нажала кнопку. Пол под Джимми распахнулся.
Он упал в помещение с надписью:
«Креативный отбор. Остаться могут только с уникальным стилем иронии».
Перед ними стояли:
— мужчина в костюме чиновника, но с хвостом павлина.
— женщина, одетая как инфлюенсер из соцсетей, но с лицом из глины
— и кот. Просто домашний кот, но с бейджем сотрудника сектора B.
— Пройдите тест на личность, — сказал кот, не отрывая взгляда от пустой стены.
— Я уже проходил! — воскликнул Джимми.
— Тогда сдайте свою душу на проверку. Только не забудьте расписаться под графой «да, я согласен, но не читал».
Из-за стены донёсся резкий шум чьего-то самоуничтожения. Судя по звукам, это был человек, который не смог выбрать между карьерой и татуировкой.
Джимми было хотел закричать, но вместо этого сделал селфи. Камера зафиксировала: растерянность, страх и 5% надежды на чудо.
— Одобрено, — сказали все трое хором.
— Вы слишком абсурдны, чтобы продолжить путь.
Дверь открылась сама, как будто ей стало скучно.
Перед ней на полу была ещё одна надпись:
«Осталось всего три проверки. Или одна, если вы уже никто».
Глава 5. Сертифицированное Вознесение
В комнате с табличкой: «Отдел Выдачи Формы F-0: Финальное соответствие» пахло озоном, тонером от принтера и свежевыпеченной безысходностью.
Джимми сидел на пластиковом стуле с табличкой «Саморазборчивость: включено».
На стене мигал экран:
«ДО УНИЧТОЖЕНИЯ: 00:01:34
Идентификация души... В процессе...»
Рядом с ним сидела Кэтти. Она держала искусственный цветок, который выдала машина с надписью:
«Обними меня, если ты никто».
Она уже пять минут как никого не обнимала. Джимми — тоже.
Вдруг открылся люк в полу. Из него поднялся мужчина в костюме администратора и с лицом, которое будто собиралось рассыпаться от количества улыбок, сделанных на заказ.
— Добрый вечер. Вы были отобраны для участия в пилотной программе «Вознесение без вины». Поздравляю! Для этого нам нужно уточнить... Только один пункт: вы — это вы?
— Ну... да? — неуверенно сказал Джимми.
— Отлично! Подпишите здесь. Если вы не вы — подпишите от имени того, кто думает, что вы — это вы.
Джимми подписал. Бумага загорелась и исчезла в пепле.
Из стены выехала платформа. На ней стоял... огромный принтер.
— Это форма-подаватель. Он напечатает вашу последнюю форму. Буквально.
— Подождите, — прошептала Кэтти. — А если я не помещусь в форму?
— Тогда мы подгоним вас под неё, — с серьезной готовностью ответил администратор.
Принтер зажужжал. Загорелись лампочки. Первая... вторая... третья... Появилась надпись на дисплее: «РАСПЕЧАТКА ВАС»
Бумага потянулась, на ней было написано:
Форма F-0:
Имя: Джимми
Сущность: допустим
Пол: неважно
Дата: нет смысла
Годность: до следующего конца
— Всё готово. Осталось только одно: войти в форму.
Раздался резкий звук и из пола выдвинулась капсула, похожая на стеклянный гроб. Внутри — голографический силуэт Джимми, улыбающийся увереннее, чем он когда-либо сам.
— Это... я?! — удивлённо прошептал он.
— Это — ты, если бы ты соответствовал. В идеале. Без страха. Без ничего лишнего.
— Но... а если я не хочу быть этим?
— Тогда вы больше ничего не получите. Ни смысла, ни спасения, ни даже оценки.
Он стоял. Три, пять, десять секунд.
И всё-таки вошёл.
Капсула закрылась.
Экран мигнул.
«Форма принята.
Эвакуация одобрена.
Перезапись завершена.»
Кэтти смотрела на капсулу, как на рекламу счастья, снятую на кладбище.
— А мне? — спросила она.
Администратор сказал пожав плечами:
— Вы не соответствуете ни одной из форм. Но можете остаться наблюдателем.
— Вечно?
— До следующего апдейта.
На экране погасли цифры.
00:00:00
Из потолка выпала бумажная лента.
МИР УНИЧТОЖЕН.
ОСТАВШИЕСЯ НЕ ПОДЛЕЖАТ АРХИВАЦИИ.
СПАСИБО ЗА УЧАСТИЕ.
Кэтти подошла к аппарату и набрала:
«Выдача: обнимашки»
Аппарат выдал лишь поток тёплого воздуха.
КОНЕЦ